Гудвин'с блюз
Ну, ладно - работать, но пожрать-то мне дадут сегодня спокойно, или как?

В эту старую байку уж мало кто верит,
говорят – это враки и пошлый обман.
Я проснулся утром в своём монгольфьере,
с бодуна было плохо, ревел ураган.

И цепляя корзиной высокие горы,
проносясь над пустыней и тихо молясь,
я летел, я увидел неведомый город,
где и шмякнулся мордой в вонючую грязь.

Там престранные люди меня окружили,
подлечив, повели в близлежащий кабак.
И один из них так мне сказал: "Или – или.
Или завтра ты – труп, иль правитель и маг".

Я не стал ерепениться, взялся за дело,
я не спал и не ел, изучил сотню книг.
Колдовал поначалу не очень умело,
но потом навострился, обжился, привык.

А потом я затеял великую стройку,
дивный Город трясло, как Москву от татар.
Скажем так, получилось – не очень, на тройку,
но зато я продвинул отличный пиар.

Но зато все довольны, и жители рады,
(ну, а кто недоволен – предатель и гад).
А какие откаты! Какие подряды!
На одних изумрудах – лимонов пийсят.

Так и жил я, и не было Гудвина круче,
и была мне по нраву такая судьба.
Правда, как-то Бастинда устроила бучу,
месть влюблённой волшебницы – это труба.

Но мой скромный покой был внезапно нарушен,
и задёргался я, как картонный паяц.
Как припёрлись, ввалились и сели на уши –
дай им мозги, и сердце, и смелость… Абзац.

Я бы их, не стесняясь, взашей и дубиной,
Но вошла тут… О чёрт… Столько лет… Не могу…
Нет, не сладить мне с этой лолитой-феминой…
этой пытки не стал бы желать и врагу.

И вот так, не дыша, как по бритве, по краю…
На диванных подушках, у ножки стола…
"Милый Гудя, домой…", да, я знаю, всё знаю –
что знаток НЛП, что со всеми спала.

Я вернулся в Канзас, во дворе – омела,
на окне – отвары, отошёл от дел.
И мне, право, плевать, от кого залетела,
моя милая беби, моя сладкая Элл.